Александр Гутин

Поэзия и проза

Майями город греха

       Майями город греха. Здесь на паркинге между сексуальным Ламбаргини и пропитанной похотью Ферарри, я видел чистенькую и ухоженную Ладу пятой модели.
       Конечно, Лада не может быть пропитанной похотью. Только сермяжной еблей. Той самой неудобной еблей в скрюченной позе под Лепса, где секс пахнет елочкой-вонючкой с запахом воблы.
       Но это Лада была уже американкой. Она обжилась, обзавелась атлантическим лоском. И все -таки она разительно отличалась от своих итальянских спортивных соседок по парковке.
       Это как будто вы заходите в роскошные апартаменты, видите бассейн с золотыми рыбками, выпиваете бокал «Дом Периньон», заходите у спальню, а там вместе с умопомрачительной мулатки в костюме горничной и восхитительной блондинкой в форме школьницы лежит на огромной кровати карлица с базедовой болезнью. Тоже в чулочках и подвязках, но карлица. Но с базедовой болезнью. И кашляет.
       И ты можешь взять всё это в комплексе, либо не взять ничего. Что вы выберете? Вот и я не знаю.
       Майями город грехов. Два года назад у меня там бы концерт. Русский ресторан с названием «Колобок». Нихуя себе, как далеко ты ушел, Колобок, от дедушки и бабушки.
       После концерта мне подарили большой пакет с игрушками из секс-шопа. Совершенно не понимаю почему. То ли я так плохо выглядел после бесконечных перелетов по Америке, то ли в меня просто не верили. Было немного обидно, я хотел сказать, что иногда у меня и самому получается заняться сексом, да и вообще я женат! Но спорить не стал. В конце концов человек готовился, тратил деньги, волновался…
       Я не знаю точно, что было в тех коробках. Они показались мне пугающими. Был ли там автоминетчик «сахарные губки» или электропиздощекоталка на шесть персон, я не знаю. Я ушел из большого секса. Я там был, но ушел. Это официальная версия, вы же можете считать, что я сплю со скунсом и мастурбирую на портрет Дени де Вито. Мне это не важно. Это никому не важно. В конце концов я в этом тексте написал про карлицу! А кому может придти в голову такое, как не отпетому извращенцу вроде меня?
       Я стоял и держал этот пакет с искусственными вагиной и каучуковым анусом. Я смотрел в пакет и смущенно шептал сразу на всех известных языках:
       — Спасибо. Сенькю. Мерси. Грациас. Дякую. Тода раба. Рахмет.
       Просто у меня богатейшая фантазия. Очень, очень богатая фантазия.
       — Откройте ваш чемодан — скажет мне российский пограничник. Что за странные предметы я вижу на мониторе? Вот, полюбуйтесь на экране все видно! У вас взрывчатка? Вы террорист?
       — Что вы?- отвечу я- Нет у меня взрывчатки! Ну, какой же я террорист? Посмотрите на меня! Разве вы видели таких террористов?
       — Да? А это что в таком случае?- сквозь зубы прошипит пограничник и позовет понятых.
       — Что конкретно?
       — А вот это конкретно!
       Потом он достанет из чемодана коробки.
       — Это что, я вас спрашиваю? А?
       Я густо покраснею, мне захочется провалиться сквозь землю от стыда, и я промямлю что-то глупое, вроде это не моё, это подарок, это не то, что вы подумали…Уж лучше бы я вез взрывчатку, ей богу!
       Но будет поздно.
       — Да это же резиновый хуй!!!!-громко, на весь аэропорт прокричит понятая, женщина средних лет в строгом кремпленовом костюме.
       И все обернутся и посмотрят на меня с презрением и даже ненавистью.
       — Точно! Настоящий половой резиновый хуй! А вот тут еще и резиновая пизда!!! Ахахахахаха!! -закричит пограничник и начнет прыгать вокруг меня и тыкать пальцем мне в лицо:
       — Извращенец! Маньяк! У него резиновый хуй!!!
       «Хуй, хуй, у него резиновый хуй!» — пронесется шепот в толпе.
       Хуй, хуй, хуй!- отзовется эхо.
       И концентрация ненависти станет такой густой, что слова «казнить подлую тварь» сами собой проявятся кровью на высоком потолке шереметьевского терминала.
       А дальше я видел убитое горем лицо матери:
       — Я родила и воспитала чудовище!
       — Нет у меня больше сына!- слышал я голос отца.
       Я видел, как моя жена и дети идут в паспортный стол менять фамилию и отчество.
       Я видел, как горят в костре мои книги, и ошибка 404 обозначает мою бывшую страницу в соцсети.
       Стоит ли говорить, что пакет я оставил в Америке? То ли потому, что Майями город греха, а Самара райские кущи, то ли потому, что у меня богатейшая фантазия.
       Не знаю. А как же секс? А что секс? Его не существует. Есть обычная ебля, и Дени де Вито тут совершенно ни причём.
       Правда есть еще любовь. Но кому я это рассказываю?

Александр Гутин. Поэзия и проза © 2016 a-gutin